Ворон

Ворон и дуб, Ворон с клювом железным, Ворон, пьющий горячую кровь, и клюющий остывший труп, Ворон, знающий речь человека, И доныне, от века, Не забывший, как судьбы разведать по рунам надзвездным, Ворон, вещая птица Славян, Вестник Одина, зрящий, как в мире Расстилается сумрак ночной, каждый день простирается шире, — Говоришь ли ты карканьем нам о погибели солнечных стран? Ворон, дом твой есть дуб, Вековой, Что в раскатах громов, Возрожденно-живой, Зеленеет, И хоть карканьем ты возвещаешь, что в сумерки светлых Богов, Между пепельно-дымных, зажженных пожарами дней, облаков, Волк явится посмеет И оскалит на Светлых прожорливый зуб, — Ворон, Ворон, твой дуб, Говорит, что за сумраком новое Солнце восходит, И под карканье рун вся дубрава живет, И уж новые зори наш Бальдер, наш Бальдер выводит, Мы с Воскресшим воскресли, и пляшем, сплетясь в хоровод.