Когда в крови вскипает ртуть
И белый свет — сплошная мука,
Мне нужно просто пять минут,
Чтоб гнев изгнать без слов и стука.
В чертогах волчьих, где закон суров,
Родилась Иви в пламени раздоров.
Среди братьев, среди волков,
Не слышала она душевных споров.
В багряном венце из кленовых огней,
Где нить паутины блестит серебром,
Царица идёт вдоль осенних полей,
Печаль обращая в предании том.
Он уходил, когда ломались тени,
Послушный воле матери своей.
Не знал тогда ни боли, ни сомнений,
Чужих не слышал за спиной речей.
"Бог любит всех одинаково",
Это не правда в которую верят напрасно.
Тот вот высокий, облака разрезает кончиком нос,
Ая полторашка, что проберается сквозь джунгли газона.
Глина пахнет остывшим железом.
Мы стоим в борозде — налитые, ровные,
не способные согнуться иначе, чем под общим ветром.
Он идёт по верхам, проверяя стебли на ломкость.
И если бы можно меня простить,
Я б переплыл этот чёртов океан.
Я проклинаю себя за тот стих.
Он предсказал твою смерть.
Я помню когда твой голос утих,
Я помню свой крик со словом «отец».
Я проклинаю себя за тот стих.
Он предсказал твою смерть.
Я помню когда твой голос утих,
Я помню свой крик со словом «отец».
Красота и любовь
Обажание и почетание
Знаешь ли ты разницу ?
Осознаешь ли ты цену?