Морозец

Жили в царстве чужедальном Во дворце своем хрустальном Дед-Мороз, как лунь, седой И Морозец молодой. Был внучок похож на деда — Озорник и непоседа. И грозил он с малых лет Заморозить целый свет. — Я, — трещал он, — всех умнее, Все на свете я умею. Я мощу Мосты И муку Мелю, А мукой кусты И поля белю. Зайца шустрого в лесу Ночью снегом занесу И лягушек большеротых Убаюкаю в болотах. Прикажу и барсуку Спать под снегом на боку. Что барсук! Медведь косматый, Косолапый, толстопятый, От меня в нору уйдет Спать всю зиму напролет. Под землею, как под крышкой, Затрещат бока у Мишки… А пройдет немало лет — Заморожу целый свет! * * * Вот однажды зимним днем Дед и внук идут вдвоем. По лесным бредут чащобам, По буграм и по сугробам. Широко шагает дед, Оставляя крупный след, А внучок с поземкой вместе Так и кружится на месте, Вьется змейкою на льду, Щиплет встречных на ходу. Вдруг сквозь вьюгу, как в тумане, Увидал Морозец сани. Пьяный пан в санях сидит, Одеялами укрыт, Пестрой зебровою шкурой И медвежьей — темно-бурой. Улучил Морозец миг, — К седоку под полость — шмыг. В нос и в уши стужей дует, В щеки пухлые целует. Ничего не слышит пан — Весь застыл, как истукан. А Морозец мчится к деду, Про свою трубит победу. — Я тебя, старик Мороз, — Говорит он, — перерос. Я мощу Мосты И муку Мелю, А мукой кусты И поля белю. Зайца шустрого в лесу Ночью снегом занесу И лягушек большеротых Усыплю я на болотах, Прикажу и барсуку Спать под снегом на боку. Что барсук! Медведь косматый, Косолапый, толстопятый, От меня в нору уйдет Спать всю зиму напролет. А сейчас пробрал я пана. Он лежит мертвей чурбана В одеялах на пуху, В теплой шубе на меху! Отвечает Дед-Мороз: — Не хвались, молокосос. Разве ты прикончил пана? Он и сам замерз бы спьяна. А пред тем, как ты, малыш, Целый мир обледенишь, Дам урок тебе попроще: Добеги до этой рощи Да возьми-ка за бока Лесоруба-мужика! Засмеялся внук в ответ: — Ты, как видно, шутишь, дед! Пьяный пан был в теплой шубе, А на этом лесорубе Только продранный кожух, Рукавицы да треух. В миг его я заморожу, Заберусь к нему под кожу, До костей его пройму, И конец придет ему! Вот бежит Морозец к роще, Где мужик, рябой и тощий, Пилит, рубит на дрова Вековые дерева. Мужичок, должно быть, крепкий: Высоко взлетают щепки. Долгим гулом поутру Вторит эхо топору. Подошел Морозец сзади, А мужик, назад не глядя, Размахнулся что есть сил, По лбу малого хватил. Шепчет малый: — Хорошо же! Враз тебя я заморожу! — Стал колоть он мужика, Щиплет тощие бока, Опушил усы и брови, Сделал нос красней моркови. Трет мужик озябший нос, Шутит: это ли мороз? Не мороз — морозец малый! Надо снять кожух, пожалуй. Сбросил наземь он кожух, Рукавицы и треух И давай работать с жаром. Пот клубится белым паром. — У-та-та! — стучит топор, Оглашая весь простор. Что ни час — Морозец злее, К мужику залез за шею, А тому и невдомек. — Жаркий выдался денек! Раскрасневшись, как из бани, Он взвалил дрова на сани, Сел на пень передохнуть, Трубку выкурил — и в путь. Дернул повод — и полозья Заскрипели на морозе. Встретил внука Дед-Мороз. — Где мужик? — Дрова повез. Вон шагает подле воза. * * * — Вишь, топор сильней мороза! — Говорит Морозцу дед. — Хоть легко мужик одет, Да работа, словно шуба, Греет в стужу лесоруба. Ты хвалился с малых лет, Что сумеешь целый свет Заморозить, а пока Лесоруба-мужика В жар вогнал ты, а не в холод, Потому что глуп и молод! * * * Так сказал старик Мороз. Внук молчал, повесив нос, И домой поплелся следом За своим суровым дедом.