Караван

Мой караван шагал через пустыню, Мой караван шагал через пустыню Первый верблюд о чем-то с грустью думал, И остальные вторили ему. И головами так они качали, Словно о чем-то знали, но молчали, Словно о чем-то знали, но не знали: Как рассказать, когда, зачем, кому… Змеи шуршали среди песка и зноя… Что это там? Что это там такое? Белый корабль, снастей переплетенье, Яркий флажок, кильватер голубой… Из-под руки смотрю туда, моргая: Это она! Опять — Фата-моргана! Это ее цветные сновиденья Это ее театр передвижной! Путь мой далек. На всем лежит истома. Я загрустил: не шлют письма из дома… «Плюй ты на все! Учись, брат, у верблюда!» — Скажет товарищ, хлопнув по плечу. Я же в сердцах пошлю его к верблюду, Я же — в сердцах — пошлю его к верблюду: И у тебя учиться, мол, не буду, И у верблюда — тоже не хочу. Друг отошел и, чтобы скрыть обиду, Книгу достал, потрепанную с виду, С грязным обрезом, в пестром переплете, Книгу о том, что горе не беда… …Право, уйду! Наймусь к фата-моргане: Стану шутом в волшебном балагане, И никогда меня вы не найдете: Ведь от колес волшебных нет следа. Но караван все шел через пустыню, Но караван шагал через пустыню, Шел караван и шел через пустыню, Шел потому, что горе — не беда.