Овца

Над Вифлеемом ночь застыла. Я блудную овцу искал. В пещеру заглянул — и было виденье между черных скал. Иосиф, плотник бородатый, сжимал, как смуглые тиски, ладони, знавшие когда-то плоть необструганной доски. Мария слабая на чадо улыбку устремляла вниз, вся умиленье, вся прохлада линялых синеватых риз. А он, младенец светлоокий в венце из золотистых стрел, не видя матери, в потоки своих небес уже смотрел. И рядом, в темноте счастливой, по белизне и бубенцу я вдруг узнал, пастух ревнивый, свою пропавшую овцу.