Реквием

Если день смерк, если звук смолк, все же бегут вверх соки сосновых смол. С горем наперевес, горло бедой сжав, фабрик и деревень заговори, шаг: «Тяжек и глух гроб, скован и смыт смех, низко пригнуть смогло горе к земле всех! Если умолк один, даже и самый живой, тысячами род**и**н, жизнь, отмети за него!» С горем наперевес, зубы бедой сжав, фабрик и деревень ширься, гуди, шаг: «Стой, спекулянт-смерть, хриплый твой вой лжив, нашего дня не сметь трогать: он весь жив! Ближе плечом к плечу,— нищей ли широте, пасынкам ли лачуг жаться, осиротев?!» С горем наперевес, зубы тоской сжав, фабрик и деревень ширься, тугой шаг: «Станем на караул, чтоб не взошла враги на самую дорогую из наших могил! Если день смерк, если смех смолк, слушайте ход вверх жизнью гонимых смол!» С горем наперевес, зубы тоской сжав, фабрик и деревень ширься, сплошной шаг!