До дна

Тебя приветствую, моё поражение, тебя и победу я люблю равно; на дне моей гордости лежит смирение, и радость, и боль — всегда одно. Над водами, стихнувшими в безмятежности вечера ясного, — всё бродит туман; в последней жестокости — есть бездонность нежности, и в Божией правде — Божий обман. Люблю я отчаяние моё безмерное, нам радость в последней капле дана. И только одно здесь я знаю верное: надо всякую чашу пить — до дна.