Весна

Начну с того, как по дороге вешней, Сверкающей и залитой водой, Вернулся я заметно повзрослевший И в то же время очень молодой. Себя на свете чувствующий прочно, Прошедший земли все и города, Вернулся я, еще не зная точно, Идти ли мне учиться. И куда? Но если мама попросту пугалась, Что вдруг женюсь я в возрасте таком, То год спустя она острегалась, Чтоб не остался я холостяком. — Ну что ты все за книжку да за книжку? Ведь этак вечно будешь одинок. Гляди, у Коли Зуева — мальчишка, А Коля помоложе ведь, сынок… А я смеялся: — Не было заботы!- И, закурив, садился в стороне, Как будто знал особенное что-то, Доподлинно известное лишь мне. Но я не знал (и в этом было дело), Как любят настоящие сердца. Я был самоуверен до предела И не был откровенен до конца. Я делал вид, что мне неинтересно С девчатами встречаться при луне, А между тем мне было б очень лестно Узнать, что кто-то тужит обо мне. Но потому, что деланно-привычно Не замечал вокруг я никого, Мне вслед смотрели тоже безразлично Студентки института моего. Однажды, помню, с тощею тетрадкой Я в институт на лекции пришел. Был ясный день, и я вздохнул украдкой. Садясь за свой нагретый солнцем стол. Косясь на белобрысую соседку, Которую, признаться, не любил, Я не спеша тетрадь придвинул в клетку, Потом проверил, хватит ли чернил. Мигнул друзьям, устроившимся рядом, Успел подумать: «Завтра выходной» И в этот миг я вдруг столкнулся взглядом С веселой однокурсницей одной… Мы много раз встречались с ней глазами, Но равнодушны были до сих пор, И лишь теперь почувствовали сами, Что не случайно глянули в упор. Как будто вдруг заметно еле-еле Великий врач коснулся наших глаз, Чтоб мы в одно мгновение прозрели, Заметив, сколько общего у нас. Увидел я: не нужно быть искусным, Стараться красноречьем покорить, С ней и веселым можно быть и грустным, С ней, как с самим собою, говорить. И все, что было свойственно мне раньше, О чем пришлось мне нынче рассказать, Весь тот налет мальчишества и фальши Хоть не исчез, но начал исчезать. Упала с глаз мешающая сетка, И яркий мир предстал передо мной, И даже белобрысая соседка Мне показалась милой и смешной. Влюбленная в заслуженных артистов, Она сидела около окна, Вся сплошь в таких веснушках золотистых, Как будто впрямь на улице весна… Быть может, раздавались за стеною Звонки трамваев, чьи-то голоса. Не слышал я. Сияли предо мною Почти родными ставшие глаза. Раздумье их, улыбку и слезу их Я так пойму, я так смогу им внять, Как даже твой хваленый Коля Зуев Не смог бы, мама, этого понять. Произносил красивые слова я И в школе, и порою на войне, Едва ли даже смутно сознавая, Какие чувства кроются во мне. Прошедшая дорогою военной, Была нелегкой молодость моя, Но тут я глубже понял жизни цену И смысл того, что мог погибнуть я.