Зеркальце

Лучше девушки Натальи В целой области не знали: Все умела, Все имела, И умна, и весела, И без дела не сидела, И без песен не жила. Женихи со всей артели Просто очи проглядели. А Наталья на досуге Запиралась от подруги И садилась у стола, В руки зеркальце брала, Говорила: «Удружи, Свет мой, зеркальце, скажи: Я ль в деревне всех милее, Всех нарядней, веселее?» И ей зеркальце в ответ: «Ты, конечно, спору нет, Ты, Наташа, всех милее, Всех нарядней, веселее». Началась война. В колхозе Провожали женихов, У реки, на перевозе, Целовали пареньков. Слезы девичьи лились: «Отвяжись, худая жизнь!» Дни и ночи на работе,— Так хотели их дружки,— На полях, на обмолоте Даже в праздник девушки. Руки, ноженьки устали У красавицы Натальи. Шел четвертый год войны — Нет на сердце тишины. Все хотелось сделать больше, Коротки казались дни, Вот уже ребята в Польше, Вот уж в Пруссии они… Как-то в марте иль в апреле Косу на ночь заплела И сдержаться не смогла: Повздыхала у постели, В руки зеркальце взяла И сказала: «Удружи, Свет мой, зеркальце, скажи: Я ль на свете всех милее, Всех дородней и белее?» И ей зеркальце в ответ: «Прежней свежести уж нет! Похудела ты, Наташа, Подурнела, радость наша, Отдохни, не надорвись, Красоту поберегла бы: Без нее и жизнь не в жизнь. Без нее куда вы, бабы!» Ой, как вспыхнула Наталья! Ой, как вскрикнула Наталья! Не ждала такого зла От когда-то дорогого, Нынче лживого, слепого, Окривевшего стекла. «Сгинь!— и топнула ногою.— Я найду себе другое. Вот пройдет война, мой свет, Поглядим тогда,— сказала,— Лучше я иль хуже стала, Будут сватать или нет. По всему, не знаешь ты Настоящей красоты». Радость, как ее ни ждешь, Все негаданна, нежданна. К нареченным да желанным Из-за моря-океана Воротилась молодежь. Сердце, что ли, озарилось, Как победа подошла, А Наталья расцвела: Словно чудо совершилось — Лучше стала, чем была.